Скрыть
Раскрыть

Журнал Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики»

О журнале

Новости

Архив

Сквозное оглавление

Редколлегия

Подписаться на журнал

Условия публикации

Правила оформления статей

Рецензирование статей

Публикационная этика

Контакты

ISSN 1995-459X print
E-ISSN 2312-9972 online
ISSN 2500-2597 online English

Главный редактор:
Гохберг Леонид Маркович





ВЕЛИКИЙ ПРЫЖОК В «МИР 2.0»

2019-07-08
Нас несет к новым «берегам», к VUCA-миру. Как адаптироваться к новой высокотехнологичной реальности, как не затеряться в ней и найти свою нишу? На этот вопрос отвечают Фабьен Гу-Бодиман — директор консалтинговой компании «proGective» (Франция) и Тофик Мулина — генеральный директор Королевского института стратегических исследований (Марокко). Материал может служить навигатором по VUCA-миру.

VUCA-мир (volatility, uncertainty, complexity and ambiguity) или, по-другому, «мир 2.0» похож на движение тектонических плит (субдукция). Наш привычный «мир 1.0» (старая тектоническая плита) постепенно уходит под поднимающуюся (новую плиту) «мир 2.0». Нас накрывают перемены в образе сталкивающихся двух тектонических плит. Наиболее выпуклая часть — технологии, под которыми скрывается гигантская бурлящая невидимая часть — перемены в ментальности, в общественных процессах. Уходит стабильность, приходит постоянная турбулентность. Такого рода перемены предвиделись еще 100 лет назад.

Логика привычного, уходящего мира: «запасание впрок», перепроизводство, не стратегическое, бездумное, агрессивное использование природных ресурсов и т.п.

Стратегия нового мира: поиск новых решений «нерешаемых» задач через возникающие технологии: цифровизацию, робототехнику, интернет вещей, генную инженерию, когнитивные науки, новое управление и новый тип партнерств. Чем прочнее «мир 2.0», тем больше он ослабляет мир «1.0». Но при этом чаще происходит «подъем магмы» — растет сопротивление этому новому, незнакомому миру, которое выражается в самых разных формах.

В каких-то частях мира возникает запрос на увеличение контроля (в форме правил, ограничений, норм) усиливаются идеологический экстремизм, неприятие различий (гендерных, культурных, религиозных и т. п.).

В других частях — наоборот. Перемены разделили людей на два условных типа, разных по ментальности, ориентирам, стратегиям и выбору: «производители» (makers) из «мира 1.0» и «со-потребители» (sharers), то есть совместно пользующиеся одним продуктом или услугой, — из «мира 2.0».

Sharers. Поколение с принципиально другим мышлением и новой культурой. Речь идет не о поколении в привычном смысле слова, меняющемся раз в 25 лет, а о новом мышлении. Образ мыслей sharers отличается от нашего в том смысле, что для них процесс познания носит не последовательный, фрагментарный характер. Они более толерантны и расслаблены, ориентированы на глобальные карьерные треки, сохранение окружающей среды и т.п. Не нуждаются в поддержке, не пасуют перед неопределенностью, как и в целом перед VUCA-миром. Это Alien Generation — не очередная маркетинговая категория вроде поколений X, Y (миллениалов), Z или альфа, а те, кто готов к переходу в «мир 2.0». Они в меньшей степени привязаны к постоянному месту работы, обитания, чем makers. Готовы делиться (каршеринг, совместная аренда недвижимости, обмен жилья, одежды (своп) и т. п.). Не придают значения внешним символам богатства (автомобили, дома, украшения и т. п.). Доверчивы, открыты к разного рода предложениям(покупки через интернет, общий доступ к данным, краудфандинг и т. п.). Стремятся к здоровому долголетию, чистой окружающей среде, постоянному улучшению комфорта,к бесконфликтности и т.п. Мир будущего создают профессиональные геймеры, основатели инновационных стартапов, вундеркинды (Боян Слат, Микейла Ульмер, Илон Маск и др.). Sharers формируют амбициозные глобальные проекты, направленные на радикальное решение основных проблем человечества: голод, бедность, болезни, старение, очищение океана, сохранение видового разнообразия и т.п.

Makers. В отличие от sharers, сфокусированы на разработке и внедрении инноваций и технологий, совершении открытий и т.п. При разработке инноваций makers руководствуются скорее логикой спроса, чем предложения.

Переход ускорили: урбанизация (рост числа и размеров городов), взлет численности мирового населения и мобильности (появление новых видов транспорта, миграция).

В XX веке постепенному разрушению подверглись основные ценности «мира 1.0»: иерархия в управлении, традиционная структура семьи, роль женщины в обществе, формат «семейные компании» и т. п. Перемены в XXI веке усиливаются искусственным интеллектом (ИИ), который трансформирует все сферы жизни. «Стабильность» пришла на смену «изменчивости», что породило сдвиг в мировоззрении. Радикальные перемены в виде цифровизации, урбанизации, повышенной мобильности, всеобщей образованности, нового отношения к старению, экологии провоцируют экспоненциальную модель развития. Все это требует новых мета-навыков, незаурядных компетенций, экстраординарной логики и проактивных стратегий.

За последние десятилетия «мягкие» инновации преобразили транспорт: поезда, автомобили, самолеты. «Радикальные» инновации коренным образом меняют саму систему. Беспилотный транспорт создает новую логику перевозок, парковок, заправок, безопасности. Hyperloop — наземное ультразвуковое транспортное средство, циркулирующее со скоростью порядка 1000 км/ч, радикально изменит геоэкономику районов обслуживания. Это касается Китая (где его сейчас испытывают), или территории между Сан-Франциско и Лос-Анджелесом (расстояние между городами будет преодолеваться за 30 минут).

Сочетание нанотехнологий и систем самовосстановления может ускорить создание космического лифта, что даст импульс добыче внеземных полезных ископаемых.

Автономная навигация с использованием водорода станет первым шагом на пути к созданию кораблей будущего, которые можно будет составлять в настоящие морские поезда.

Значительно улучшится качество жизни людей в третьем возрасте (к 2050 г. их мировая численность достигнет 425 млн человек). Это станет возможным благодаря разработкам в бионаукеи технологиям редактирования генома, использования искусственных аналогов естественных функциональных устройств (сердечных имплантов, протезов) и т.п.

Развитие когнитивных нейронаук радикально изменит существующие системы образования и обучения. Уже сегодня такие проекты, как Kiwi (имплант, созданный профессором Ньютоном Ховардом), Neuralink (компания Илона Маска) или Kernel (компания Брайана Джонсона), ставят своей целью создание нейронных интерфейсов, способных бороться с нейродегенеративными заболеваниями, улучшать мозговую деятельность человека. Большие инвестиции направляются на исследования и разработки по продлению жизни в Центре долголетия Стэнфордского университета. Перспективы этой сферы постоянно расширяются.

Наконец, самой обсуждаемой сферой технологического прорыва остается искусственный интеллект (ИИ). Растущая автоматизация экономики обещает в будущем избавить человека от необходимости работать, что потребует внедрения новых экономических моделей, гарантирующих (базовый универсальный) доход каждому, вне зависимости от его вклада в создание стоимости.

ИИ не только дополняет реальность, но и вносит вклад в изменение способностей людей. Так, сегодня запоминание и хранение информации, а также ориентация во времени и пространстве все чаще делегируется внешним устройствам. Однако проблема «умной» машины сохраняет свою актуальность, поскольку безотносительно нематериальности (алгоритм) или материальности ее формы (робот) взаимодействие с ней может вызывать у человека самые непредсказуемые состояния.

Наконец, вопрос рисков, связанных с ИИ — возникнет ли искусственное сознание, каким окажется самосознающий интеллект, будет ли его природа человеческой, поскольку его запрограммировал человек, или совершенно иной? В любом случае, ИИ все шире используется во многих сферах, от обработки больших данных до голосового и визуального распознавания или качественного анализа.

Прорывы происходят и в междисциплинарных сферах. Это — интеллектуальные микрочастицы, микросети, альтернативная энергетика; сельское хозяйство (аэропоника, сельскохозяйственные дроны и роботы), медицина, урбанистика и т. п. Такое стремительное развитие имеет и минусы. Люди теряют ориентиры и внутренние опоры, не могут адекватно ответить на неопределенность, сложность, неоднозначность, турбулентность, изменчивость и их эффекты. В отсутствии опор и стабильности нарастает тревога. Люди по-разному реагируют на такие вызовы. Кто-то пересматривает смысл жизни. Например, поколение No Future или NEET (Neither in Education, nor Employment or Training) — молодые люди в возрасте от 15 до 24 лет без работы, образования, квалификации обосабливаются от общества, живут, чем и как придется. В 2016 г. в Европе их насчитывалось 14 млн человек.

 

«Модель X.0»

Многие ранее считавшиеся незыблемыми основы (авторитеты, семья, природные ресурсы, постоянство климата и т. п.) сегодня «распадаются». Параллельно с этим возникают явления, которых мы пока не в состоянии оценить. Например, кардинальная смена направления потоков (Юг-Юг, Юг-Север) и усугубляющееся смешение различных культур. Распространяются продукты, созданные благодаря развитию информационных (большие данные) и коммуникационных (wikinomics) технологий (ИКТ), нанотехнологий и роботизации и призванные создать максимально дематериализованный, "говорящий" (интернет вещей) и даже зависимый от машин мир. Растет потребность в мобильности, как в географическом или организационном плане, так и с точки зрения отношений. Все более отчетливым становится стремление к эмпатии, возникающей в ходе сотрудничества, совместного владения (sharing), заботы (care) и т.п.

«Изменить или измениться» — такова, в конечном счете, дилемма, к которой сводится взаимодействие человечества с миром. Осознавая этап перехода, люди пытаются действовать проактивно. Сдвиг трансформирует традиционное прогнозирование, которое включает новые знания из нейро-когнитивных наук.

При кажущейся угрозе хаотичного VUCA-мира для нас, очевидно стремление к прогрессу, о чем свидетельствуют два примера. Первый — скорее частного порядка и подтверждает, что у современных людей изменилось мировоззрение. Речь идет об увлечении супергероями. Новый блокбастер «Черная пантера» — показательная иллюстрация современных принципов действия: в мире, ставшем настолько непредсказуемым, что даже сами представления о благовидности и — в еще большей степени — о вероятностной оценке будущего больше не имеют в нем значения, лишь супергерои способны хоть сколько-нибудь благотворно повлиять на положение дел. Второй пример связан с возрождением и силой коллективов — возникающие движения типа фонда Positive Planet или Blue Economy, которые позволяют собрать людей, разработать позитивные проекты и обрисовать контуры лучшего будущего.

«Социоэкономика X.0»

Исследования показывают: изменения в экономике и в обществе развиваются параллельно. В мире VUCA уже невозможно создать экономическую модель, не согласованную (более того — не синхронизированную) с желаниями отдельных людей. Без выполнения этого условия ни одна форма правления не гарантирует устойчивую и стабильную экономику и безопасность. Поэтому возник термин «социоэкономика», описывающий модель, в основе которой лежат новые экономические (доступность, экономика результата) и общечеловеческие ценности (универсальный доход, профессиональные навыки и т. п.).

Для обозначения двух последовательных состояний, имеющих некоторую специфику, сегодня чаще всего используют принцип присвоения версий (1.0, 1.9, 2.3 и т. п.), что отразилось и в экономике. Так, экономика 4.0 возникла вслед за экономикой 1.0 (основанной на энергии паровых машин), 2.0 (электричество), 3.0 (ИКТ). Экономика 4.0 олицетворяет новый этап автоматизации, позволяющий посредством создания связей между механизмами организовывать полностью автоматические производства (интернет вещей), работу которых контролируют всего несколько человек. В этом состоит ее радикальное отличие от предыдущих этапов (промышленные предприятия, использовавшие трудовые ресурсы). Использование нового термина «X.0»отражает понимание того, что мир быстро меняется, и что эти изменения скорее радикальны, чем постепенны. Термин «X.0» подчеркивает, что сегодня нам следует переосмыслить развитие всякого общества в масштабах человеческой истории, чему должны будут предшествовать несколько этапов адаптации (X.1, X.2 и т. п.). Компания Accenture дает следующее определение индустрии X.0:

«Это новая цифровая парадигма, позволяющая бизнесу адаптироваться к постоянным технологическим изменениям и извлекать из них выгоду. Компании сектора X.0 выходят за рамки экспериментальных исследований: они формируют пакетные предложения информационных технологий (SMAC — социальные сети, мобильная связь, аналитика, облачное хранение), сочетающие различные цифровые технологии и способствующие одновременно росту товарооборота и чистой прибыли. Используют основные эффективные методы индустрии 4.0 и передовые цифровые технологии, чтобы постоянно создавать новые, в высшей степени индивидуализированные процессы в контексте взаимоотношений производителя с потребителем и с корпоративными клиентами».

Сочетание «социоэкономики» и «X.0» основано на трех принципах:

·    Человек управляет экономикой, а не экономика управляет человеком. С одной стороны, рост прибыли возможен только при увеличении благополучия людей (физическое и душевное здоровье, достойный уровень жизни). С другой — государство должно кардинально пересмотреть ее влияние на перераспределение благ и роль «работы».

·    Модель как целое остается стабильной, несмотря на то, что ее составляющие постоянно трансформируются по мере развития технологий и появления новых методов обмена благами (экономика результата, основанная на приоритете свободы доступа над правом собственности).

·    Применение на трех уровнях: макро (общенациональная стратегия развития), мезо (территориальная экономика) и микро (отдельные организации и люди).

Новая конструкция

Если понятие экономики Х.0 характеризует не просто переход на цифровой формат (индустрия 4.0), но более глобальный отказ от экономики продукта в пользу экономики результата (сектор X.0), то социоэкономика X.0 описывает еще более масштабные перемены. Речь идет о новом типе мировой экономики, интегрирующем мировоззрение, зарождающееся сегодня во все большем числе развитых и развивающихся стран, включая Африку и Азию. Основу модели социоэкономики X.0 составляют четыре элемента (два структурных и два инструментальных):

·    место человека в производстве товаров и услуг (гигномика, гибкие экосистемы);

·    место природы в новом мире, в котором установлены пределы развития (биомиметика, экономика восстановления системных экоуслуг);

·    процессы, имеющие потенциал для подлинной «цифровой оптимизации»;

·    синтез локального и глобального контекстов в новой перспективе «глокализации».

 Человек и природа — два базовых элемента модели X.0, которые, в конечном счете, должны соединиться. Хотя они принадлежат к общей категории живого, большинство известных мировых культур — за исключением, например, анимизма или синтоизма, — упорно противопоставляют их друг другу. Однако в борьбе природы с культурой верх одержала последняя, навязавшая нам хищническую экономику (антропоцен), которая подрывает условия обитания человека. Изменение климата, стремительное сокращение биоразнообразия, загрязнение океана — даже если человек способен обратить эти процессы вспять, сам процесс восстановления займет время, скорее сопоставимое с геологической эпохой, чем с нашей жизнью. От многовекового развития мира 1.0 не выиграл даже сам человек. Современная экономика рождает скорее неравенство, чем богатство. Голод и бедность достигли пугающих масштабов (особенно с учетом текущих демографических тенденций). Жители севера и юга планеты сталкиваются — пусть в разных формах — с общими проблемами и вызовами. Ни человек, ни природа не выигрывают от существующей экономической системы. Вот почему в их «благополучии» кроется конечная цель модели, в которой развитие подвергается полной переоценке.

Внедрение «модели X.0» требует эффективного понятийного и методологического инструментария, разработка которого должна стать предметом масштабных исследований. Однако два инструмента находятся в нашем распоряжении уже сегодня — это цифровизация и глокализация.

Цифровизация — трансформация процессов, продуктов и услуг в результате распространения ИКТ (компьютеров, смартфонов, интернета вещей).

В «мире 1.0» цифровизация преимущественно состояла в оцифровке объектов или видов деятельности без изменения природы их функционирования. Однако сегодня все более очевидно, что цифровизация позволяет максимально повысить производительность за счет создания и внедрения новых, более быстрых, надежных и эффективных процессов. В будущем и стиль жизни, и способы работы, и методы производства или распространения должны кардинально измениться: беспилотные автомобили, «говорящие предметы» (интернет вещей), компьютерное обучение, облачные вычисления, эффект больших данных, ИИ — все эти инструменты прочат глубокую трансформацию.

Глокализация (японский неологизм (dochakuka), появившийся в конце 1980-х гг. для обозначения сочетания разных тенденций в мировом и локальном уровнях) означает способ управления, ориентированный одновременно на глобальные и локальные цели.

Она обеспечивает и упрощает сочетание, и даже слияние глобальных процессов с процессами местными. Характеристики глокализации:

·    Цикличность, обозначающая одновременно:

- движение товаров, услуг и лиц с локального на глобальный уровень и наоборот в упрощенном нормативном и культурном контексте (отношение к мигрантам);

- удлинение жизненного цикла товаров благодаря их утилизации (повторному использованию), переработке отходов, позволяющей многократно превращать их в новые производственные ресурсы;

- сокращение цепочек местных поставок, способствующее сбыту местной продукции или даже бартерному обмену и использованию альтернативных денежных систем;

·    Учет местной среды, как социальной, так и природной, их взаимодействия (экологии) и в особенности экоуслуг — касающихся экосистемы и использующих природные ресурсы. Именно в этом контексте в африканских странах южнее Сахары развивается экономика восстановления естественной среды (растительного покрова и т. п.);

·    Расширение и обобщение принципа субсидиарности — делегирование ответственности за конкретные действия компетентному органу. Так, вопросы изменения климата, деградации океана или растущей нехватки питьевой воды следует решать на общемировом уровне, работать с проблемами негативного экологического воздействия или восстановления качества окружающей среды часто правильнее на местном. Преодолевать конфликты — на промежуточном (региональном или международном).

·    Признание многообразия путей развития, каждый из которых зависит от собственного контекста, но действует в интересах общемировой экономики — с собственной (скачкообразной) динамикой, что должно положить конец логикам уравнивания, международного разделения труда, специализации и даже неоколониализма.

Успех модели социоэкономики X.0 зависит исключительно от нашей способности с одной стороны, объединить тенденции, которые могут показаться противоречивыми (низкие и высокие технологии, автоматизация или фриланс), а с другой — разработать методы действия, основанные на динамичности (минимум ограничений для максимального содействия) и субсидиарности.

 
Rambler's Top100 rss